Постановление от 28 января 2026 г. АС Самарской области

Суд / Категория: Арбитражный суд Самарской области (АС Самарской области) - Банкротное Суть спора: Суть спора: О несостоятельности (банкротстве) физических лиц Источник: https://sudact.ru/arbitral/doc/18rjTIRBQVbh/

---

Арбитражный суд Самарской области (АС Самарской области) - Банкротное

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***> www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А55-18421/2023 г. Самара 29 января 2026 года Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2026 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Львова Я.А., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания Богуславским Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2025 по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО3

при участии в судебном заседании:

представитель финансового управляющего ФИО2 – ФИО4, доверенность от 29.05.2025.

представитель ФИО1 – ФИО5, доверенность от 28.11.2025.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.02.2024 (резолютивная часть от 24.01.2024) ИП ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев. Исполнение обязанностей финансового управляющего должника возложено на ФИО6, члена СРО ААУ «Евросиб» (регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих - 12328, ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 450103, Республика Башкортостан, г. Уфа, а/я 47).

В газете «Коммерсантъ» № 20(7710) от 03.02.2024 опубликовано сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.11.2024 финансовым управляющим ИП ФИО3 утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением к ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Самарской области вынес определение от 31.10.2025 об удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2

ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2025.

Вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции явившиеся представители участников спора представили объяснения относительно заявленных требований и возражений.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании от представителя ФИО1 – ФИО5 поступило ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании. Поскольку в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявление перерыва является правом суда, лица имели достаточно времени для подготовки к судебному заседанию, суд не нашел оснований для удовлетворения данного ходатайства.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий указывал на то, что с расчетных счетов должника, открытых в АО «Альфа Банк», Банке ВТБ (ПАО), в пользу аффилированного лица – ФИО1 были совершены перечисления денежных средств на общую сумму 1 696 000 руб., в соответствии со следующими платежными документами: от 10.06.2020 № 28518 на сумму 250 000,00 руб., от 16.07.2020 № 64230 на сумму 250 000,00 руб., от 13.08.2020 № 2905 на сумму 250 000,00 руб., от 21.10.2020 № 66394 на сумму 150 000,00 руб., от 23.11.2020 № 16604 на сумму 106 000,00 руб., от 24.01.2021 № 89398 на сумму

150 000,00 руб., от 11.02.2021 № 24637 на сумму 160 000,00 руб., от 17.03.2021 № 53356 на сумму 160 000,00 руб., от 11.05.2021 № 40146 на сумму 60 000,00 руб., а также от 09.04.2021 № 872 на сумму 160 000 руб.

Финансовый управляющий должника полагал, что оспариваемые платежи совершены в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в отношении заинтересованного лица, без встречного предоставления, в целях причинения вреда правам кредиторов, в связи с чем имеются основания для признания спорных сделок недействительными по основаниям, указанным в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также по основаниям ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Финансовый управляющий ссылался на то, что согласно данным аналитической системе Spark-Interfax.ru ФИО1 аффилирован с ФИО3, поскольку последний являлся участником (учредителем) ООО «Астон» (ИНН <***>) в период с 01.10.2020 по настоящее время с долей в уставном капитале 25% и директором указанного лица в период с 22.09.2022 по настоящее время, ФИО1 являлся директором ООО «Астон» в период с 01.10.2020 по 21.09.2022.

Суд первой инстанции указал, что спорные платежи совершены в период с 10.06.2020 по 11.05.2021, в то время как производство о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением Арбитражного суда Самарской области от 08.06.2023. Таким образом, названные платежи действительно совершены в период в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции принял во внимание объяснения финансового управляющего о том, что на момент совершения оспариваемых платежей должник отвечал признакам несостоятельности (банкротства).

Как установил суд первой инстанции, на момент совершения должником оспариваемых перечислений имелись неисполненные обязательства перед ФИО7 в размере 25 000 000 рублей и указанные обстоятельства установлены Решением Ленинского районного суда г. Самары от 02.09.2020 года по делу № 2-2251/2020.

Как следует из Решения Ленинского районного суда г. Самары от 02.09.2020 года по делу № 22251/2020 Должником не внесены платежи по договору № 1 - 31.12.2019 в сумме 10 000 000 руб., 25.03.2020 в сумме 5 000 000 руб., 25.04.20250 в сумме 5 000 000 руб., и 25.05.2020 в сумме 5 000 000 рублей. Также Должником не внесены платежи по договору № 2 - 31.12.2019 в сумме 10 000 000 руб., 25.03.2020 в сумме 5 000 000 руб., 25.04.20250 в сумме 5 000 000 рублей.

Таким образом, при совершении платежей должник при наличии неисполненных обязательств на сумму не менее 25 000 000 рублей осуществил оспариваемые платежи, передав денежные средства ответчику фактически безвозмездно вместо того, чтобы погасить имеющуюся задолженность.

В дальнейшем постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025 по делу настоящему делу требование ФИО7 в размере 26 250 000,00 руб., основного долга, 18 926 250,00 руб. неустойки (пени), расходов по оплате госпошлины в размере 30 000,00 руб., судебных расходов в размере 10 000,00 руб. включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника.

В то же время, в обоснование получения денежных средств, ФИО1 ссылается на заключение с ФИО3 договора возмездного оказания услуг от 13.05.2020, согласно п. 1.1. и 1.2. которого исполнитель обязуется по заданию

Заказчика оказать информационно - консультационные услуги в связи с запуском, комплектованием, развитием и обеспечением текущей деятельности мебельной фабрики в Навашино (РФ, Нижегородская область), а Заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Исполнителем по договору оказываются следующие услуги:

• подбор оборудования для организации текущей деятельности мебельной фабрики, а также проведение переговоров с поставщиками оборудования,

• подбор персонала для мебельной фабрики, - определение основных позиций производства,

• переговоры с поставщиками материалов для изготовления продукции, организация поставок материалов,

• переговоры с потенциальными покупателями продукции мебельной фабрики и организация цепочек сбыта готовой продукции,

• общая организация процесса производства на мебельной фабрике в Навашино (РФ, Нижегородская область): продажа, закупки, проверка контрагентов, настройка хозяйственной деятельности, прием д/с и пр.

Услуги оказываются как дистанционно, так и по месту фактического нахождения производственного объекта, т.е. мебельной фабрики в Навашино (РФ, Нижегородская область).

Как указал суд первой инстанции, ответчик ссылался на то, что примерно в середине марта 2020 в адрес ФИО1 поступило предложение от ФИО3 на оказание услуг по организации процедуры запуска, комплектования персоналом, оборудованием, поиску клиентов и отладке бизнес-модели. применительно к мебельной фабрике в Навашино в Нижегородской области, а в последующем и руководство указанным предприятием. Как пояснил ФИО3, на тот момент ООО «СпецРезерв» приобрело на торгах землю, помещения и часть станков мебельной фабрики.

В октябре 2020 было создано ООО «Астон», которому в декабре 2020 ООО «Спецрезерв» передало производство по изготовлению мебели.

Передача производства и активов производилась до июня 2021, ООО «Астон» начало полноценную деятельность с июня 2021 директором ООО «Астон» назначен ФИО1

Таким образом, ответчик указывал, что услуги по договору 13.05.2020, на самом деле, оказывались для ООО «СпецРезерв» и впоследствии ООО «Астон».

Суд первой инстанции отметил, что экономическая целесообразность выплаты «заработной платы» ФИО1 с личных счетов ФИО3 отсутствует, поскольку имущество (мебельная фабрика) принадлежало юридическому лицу (ООО «СпецРезерв», ООО «Астон»), и с учетом принципа имущественной обособленности такие выплаты (при доказанности их обоснованности) должны были производиться за счет непосредственного выгодоприобретателя, а не за счет должника.

Кроме того, обсуждая достаточность доказательств фактического выполнения работ (оказания услуг) по договору от 13.05.2020, суд первой инстанции констатировал, что таковые, по сути, подтверждаются лишь копиями актов выполненных работ, которые следует оценивать критически, поскольку они составлены между аффилированными лицами, формально, в них не указаны конкретно достигнутые результаты, объемы выполненных работ.

Суд первой инстанции указал, что безвозмездное перечисление денежных средств должником заинтересованному лицу в условиях неплатежеспособности, при наличии неисполненных обязательств перед другими кредиторами также образует презумпцию совершения сделки с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые платежи совершены должником в отсутствии встречного исполнения (безвозмездно), в отношении заинтересованного лица, при наличии на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Как отметил суд первой инстанции, поскольку сделка совершалась без встречного исполнения, то ответчик понимал, что целью является вывод денежных средств из общества, что привело к уменьшению конкурсной массы должника, за счет которого подлежало удовлетворение требования кредиторов в порядке очередности, установленной Законом о банкротстве, тогда как неправомерное уменьшение конкурсной массы влечет причинение убытков кредиторам должника.

С учетом перечисленных обстоятельств, суд первой инстанции установил наличие оснований для признания недействительной по пункту 2 статьи 61.2 сделок по перечислению денежных средств в пользу к ФИО1 и удовлетворил заявленные требования.

При этом, суд первой инстанции отклонил доводы должника и ответчика о пропуске финансовым управляющим срока давности по рассматриваемым требованиям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

При этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный арбитражный (финансовый, конкурсный) управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что процедура реструктуризации долгов гражданина введена определением суда от 24.07.2023, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6. Решением суда от 02.02.2024 ФИО3 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, исполнение обязанностей финансового управляющего должника возложено на ФИО6.

Определением суда от 02.11.2024 финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

Суд первой инстанции указал, что 07.02.2024 предыдущим финансовым управляющим должника – ФИО6 от АО «АЛЬФА-БАНК» получено уведомление о наличии счетов должника.

Данное уведомление содержало информации о номерах счетов, но не содержало приложений в виде выписок. В нем указывалось, что более подробную информацию, а именно выписки по счетам, можно получить, обратившись с запросом в банк.

Финансовым управляющим 16.02.2024 сделан запрос в АО «Альфа-Банк» (исх. № 72 от 13.02.2024).

В ответ на данный запрос АО «Альфа-Банк» предоставило выписки о счетах должника (исх. от 04.03.2024, получено финансовым управляющим 13.03.2024).

Таким образом, сведения о движении по счетам в АО «Альфа-Банк» стали известны финансовому управляющему лишь 13.03.2024, тогда как с заявлением об оспаривании сделок финансовый управляющий обратился в суд 04.03.2025, в течение года с даты получения соответствующих сведений.

Само по себе разовое перечисление денежных средств со счета, открытого в Филиале «Центральный» Банка ВТБ (ПАО) (платеж от 09.04.2021 № 872 на сумму 160 000 руб.), не свидетельствует о его подозрительности.

В то же время, в совокупности с 9-ю последовательными переводами со счетов, открытых в АО «Альфа-Банк» в адрес того же ответчика, могут расцениваться как направленные на вывод денежных средств в предбанкротный период и указывать на признаки подозрительности.

Суд первой инстанции посчитал, что до получения выписок от АО «Альфа- Банк» у финансового управляющего не имелось значимых оснований для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделок в отношении данного ответчика.

Также судом первой инстанции отмечено, что 31.07.2023 предыдущим управляющим запрошены сведения о наличии открытых счетов в ФНС.

22.09.2023 получен ответ от ФНС, согласно которому отсутствовали сведения о наличии счетов в АО «Альфа-Банк». С указанной даты финансовый управляющий исходил из информации, согласно которой должник имеет открытые счета лишь в ПАР «Банк ФК Открытие», ПАР «ПСБ», Банк «Вятич», ПАР «Банк ВТБ».

Законом не установлена обязанность финансового управляющего направлять запросы во все существующие в РФ банки, с целью проверки достоверности сведений, полученных от ФНС, с учетом презумпции достоверности сведений, предоставляемых уполномоченным органом.

Между тем, как указано выше, 07.02.2024 получено уведомление о наличии счетов в АО «Альфа-Банк» без банковских выписок. Ему не предшествовал запрос финансового управляющего, банк самостоятельно предоставил указанные сведения, по результатам внутренней проверки.

Уже 16.02.2024 финансовым управляющим был сделан запрос о предоставлении выписок (спустя 9 дней после получения названного уведомления).

Таким образом, суд первой инстанции признал, что финансовые управляющие действовали разумно и осмотрительно, оперативно запросили сведения, в связи с чем признал доводы о пропуске исковой давности необоснованными.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции дана подробная и мотивированная оценка доводам заявления, доводы апелляционной жалобы, по существу, повторяют первоначальные доводы заявителя и сводятся к несогласию с их оценкой судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью

причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Основываясь на указанных обстоятельствах и руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» суд первой инстанции признал ответчика и должника аффилированными лицами.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве безвозмезность сделки является самостоятельным признаком цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, безвозмезность сделки не является обычной в хозяйственном обороте в ходе осуществления предпринимательской деятельности, что само по себе свидетельствует о наличии у добросовестного контрагента достаточных оснований усомниться в разумном характере такой сделки, а следовательно предположить неправомерность ее осуществления и осуществить дополнительную проверку обстоятельств ее заключения, отказаться от ее заключения. Неосуществление таких действий контрагентом будет свидетельствовать о его недобросовестности, и вероятном наличии у него достаточной информации о неплатежеспособности должника, недостаточности его имущества, целях такой сделки.

Формальные документы об исполнении договора от 13.05.2020 (акты оказанных услуг) с учетом принятых стандартов доказывания в делах о банкротстве не являются достаточными для подтверждения факта встречного предоставления.

Судом установлена аффилированность должника и ответчика. Учитывая указанное обстоятельство, неформальность отношений участников обязательства позволяет указанным лицам формировать содержание составляемых между ними документов произвольно, вне связи с фактическим содержанием правоотношения, в связи с чем представленный договор и акты, подлежат критической оценке.

Суд первой инстанции обоснованно отметил отсутствие как сведений конкретных действиях предпринятых ответчиком в рамках исполнения такого договора, так и иных доказательств их осуществления.

Наличие электронной представленной переписки должника и ответчика таковым доказательством не является, поскольку не позволяет установить ее относимость к исполнению договора, в целом характер обсуждаемых вопросов, его связи с обязанностями, которые могли быть возложены на ответчика.

Спорные платежи не содержат указания ни оплату труда, ни на исполнение обязательств по конкретному договору.

Стоимость договора определена в твердой сумме (250 000 руб. в месяц), между тем такая сумма уплачивалась лишь трижды, в иных случаях актами оказанных услуг произвольно изменялся размер выплат (от 150 000 руб. до 46 000 руб.), при этом даже в указанных случаях размер ежемесячного платежей регулярно не совпадал с суммой акта, а в ряде случаев (сентябрь 2020, декабрь 2020) оказание услуг не зафиксировано актами и не оплачено (то есть в данные периоды услуги не оказывались).

Указанные обстоятельства не являются обычными для отношений с наемным сотрудником, для которых характерны стабильность как в отношении объема выполняемых функций так и в отношении размера регулярных выплат.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено и то, что в условиях фактической принадлежности мебельного производства ООО «СпецРезерв» и затем ООО «Астон», у должника не имелось оснований для личного финансирования мероприятий по его развитию.

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Суд первой инстанции указал, что установил, что в период осуществления спорных платежей существовали обязательства перед ФИО7, в дальнейшем включенные в реестр требований кредиторов должника.

Помимо указанных судом первой инстанции признаков неплатежеспособности в связи с долгом перед ФИО7, финансовый управляющий указывал и на очевидные признаки недостаточности имущества, учитывая в период спорных платежей общий размер обязательств должника, составлявших 436 683 219,96 руб. Указанные доводы кем-либо не опровергнуты.

Доводы сторон о пропуске срока давности по оспариваемым сделкам надлежащим образом оценены судом первой инстанции.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало либо должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3

Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Суд первой инстанции установил, что финансовый управляющий фактически получил возможность оспорить сделки лишь после получения всей совокупности информации о них, в связи с чем мотивированно посчитал срок исковой давности не пропущенным.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 АПК РФ). Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей (часть 5 статьи 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2025 по делу № А55-18421/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

2. Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 руб. - расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе.

3. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Д.К. Гольдштейн

Судьи Я.А. Львов

А.В. Машьянова

Суд:АС Самарской области (подробнее) Истцы:

АО "Райффайзенбанк" (подробнее)

Судебная практика по:Злоупотребление правом Судебная практика по применению нормы ст. 10 ГК РФ Признание договора купли продажи недействительным Судебная практика по применению норм ст. 454, 168, 170, 177, 179 ГК РФ

Мнимые сделки Судебная практика по применению нормы ст. 170 ГК РФ Притворная сделка Судебная практика по применению нормы ст. 170 ГК РФ Исковая давность, по срокам давности Судебная практика по применению норм ст. 200, 202, 204, 205 ГК РФ